Хан Беннинк – человек, ответственный за металлический грохот, структурированные шумы и сложнейшие ритмические конструкции на многих альбомах Эвана Паркера, Дерека Бэйли и Петера Бретцмана. Если разобраться, то этот голландский барабанщик, перкуссионист и основатель творческого объединения Instant Composers Pool принял участие во всех решающих пластинках раннего периода немецкого лейбла FMP – это и опус Манфреда Шоофа "European Echoes", и "The Living Music" Александра фон Шлиппенбаха.

Беннинк всегда работал много и относился к себе с изрядной долей иронии, считая себя простым барабанщиком, которому абсолютно наплевать на то, что он играет – хоть шумовой джаз, хоть босанову. Разумеется, он лукавил. Для этого эксцентричного голландца вообще характерно странное чувство юмора – на своих сольных выступлениях он использует всего лишь один барабан, часто заменяя инструмент бутылками, швабрами и стульями; музыкант может барабанить даже по полу. О смертельном номере с барабанными палочками во рту лучше умолчать. Но это не главное.

han bennink stoit

В 1970-м году Беннинк вместе с Эваном Паркером и Дереком Бэйли записал альбом "The Topography of the Lungs" – краеугольный для всей сцены свободной импровизации. После этого барабанщик, многое решив для себя, проведет год в голландской деревне и запишет там впечатляющий сольный альбом, окончательно подружится с Бретцманом, переедет в Берлин, с увлечением погрузится в политическую деятельность FMP (особенно это заметно на примере еще одной выдающейся сольной работы "Solo – West/East") и впервые в своей жизни сыграет на куске сыра.

Зачем мы сделали ретроспективу творчества Хана Беннинка? Во-первых, он – объективно великий джазовый ударник, игра которого считывается с первой секунды, даже если он ударил по своему барабану всего один раз в десятиминутной композиции. Во-вторых, мы хотели доказать, что Беннинк – не простой андроид-виртуоз и совсем не клоун в спортивных носках и высоких ботинках, а тонкий и умный музыкант, по работам которого можно проследить ход развития фри-джазовой сцены с самого начала ее существования – его приглашали для участия в своих работах, как правило, лучшие. Уже совсем седой барабанщик, к слову, работал с The Ex и Тарстоном Муром – людьми, достаточно далекими от первоначального джазового контекста его творчества.

han bennink face