Кенни Уиллер – один из самых по-человечески скромных джазовых новаторов полувека. Этот канадец с внешностью мягкотелого университетского преподавателя переехал в Англию еще в конце пятидесятых, и на протяжении почти пяти десятилетий играл джаз сугубо британский – не в плане звука (Манфред Айхер не раз довольно грубо говорил, что понятие об особом звуке артистов ECM – по меньшей мере, глупость; разумеется, продюсер и Уиллер отвергали теории о "национальном" звуке), а скорее на уровне топографической памяти – его музыку критики ассоциативно сравнивали с атласами. И были правы – со временем влияние трубача на Марка Холлиса и группу Talk Talk или Дэвида Сильвиана (людей, которые с самого начала работали с абстрактной британской историей, кратко говоря) это только доказало. Уиллер и сам признавался, что самыми великими музыкантами считает не признанных черных джазменов, а Томаса Таллиса и Уильяма Берда – британских композиторов елизаветинской эпохи, всей своей сутью связанных с графством Эссекс. Особенно Уиллер любил хоровые произведения классиков. Во многом, его манера игры на трубе и флюгельхорне – это дань уважения Таллису и Берду; единственный возможный метод связать религиозную музыку с современным академизмом и джазом.

От своей подачи Уиллер не отказывался никогда, с кем бы ему не приходилось работать. Все высокодуховные нервы, которые вносили в ассоциативный краут трио Azimuth светлое напряжение, были именно его заслугой. Ты слышишь его инструмент и понимаешь, что здесь мог бы звучать хор из двадцати человек на фоне нагнетенных до предела синтетических арпеджио.

По мнению многих, свой лучший альбом Уиллер записал в 1980-м году – он называется "Around 6". Созданный в Осло, как и многие другие пластинки ECM того периода, лонгплей состоит из 5 композиций, сыгранных удивительным секстетом (Уиллер – труба и флюгельхорн, Эван Паркер – сопрано-саксофон и тенор-саксофон, Элье Фелин – тромбон, Эдвард Весала – ударные, Жан-Франсуа Дженни-Кларк – бас, Томас ван дер Гельд – вибрафон) и одним трехминутным номером "Solo One", исполненным Уиллером без аккомпанемента. Поверхностные критики любят утверждать, что Уиллер – трус, не чувствующий себя полноценным композитором, поэтому всегда работает с людьми более известными, чем он сам – с Джарретом, ДеДжонеттом, Джоном Тэйлором. Самое распространенное заблуждение по поводу "Around 6" – роль Эвана Паркера: "Что делает истинный экспериментатор среди сахарного нью-эйджа?".

На самом деле, "Around 6" – темная и конфликтная работа. Это выражается не в звуковом терроре, который Паркер здесь несколько раз устраивает, а в самом фундаменте записи – если забыть о меланхолии, на первый план выходит прерывистое и в тот же момент последовательное музыкальное повествование. Паркер необходим для изобретательной силы, в которой сентиментализм граничит с неприкрытой агрессией. По сути, саксофонист играет роль стихии – недаром ведь на обложке океан. В ход идут пресловутые музыкальные "блоки" и закольцованные гармонии. Уиллер – прекрасный драматург, которому чувство внутренней дисциплины позволяет не бравировать виртуозностью. Ни одного звука здесь не сыграно зря.

Если Берд и Таллис писали о вере и любви, которые можно постичь лишь в процессе трудного религиозного пути – паломничества, то Уиллер рассказал примерно тем же же языком о драматичной динамике современной жизни – мы снова обращаемся к обложке: эти двое на фоне океана путешествуют не для бытового развлечения, а находясь в поиске собственной судьбы. Если же оставить в покое метафоричность, то "Around 6" – один из самых удачных альбомов решающего во всех смыслах периода ECM, открывший для клиентов Манфреда Айхера восьмидесятые. Уиллеру удалось почти невозможное – рассказать достаточно сложную и тонкую историю (прямое повествование – редкость в джазе и смежных территориях), не прибегая к тяжеловесности.

kennywhe